На войне как на войне

«Весь текст — абсолютно лживая компиляция слухов, собранных на скорую руку, чтобы отвлечь внимание от фальшивого спектакля с якобы химатакой с воздуха в сирийском Хан Шейхуне», — заявил 19 апреля официальный представитель Минобороны РФ Игорь Конашенков. По его словам, ни одна из перечисленных журналистами персоналий «не принадлежит российским военнослужащим».

Сложно поверить, что всемирно известное агентство занимается выдумками, а Минобороны — намеренно не признает потерь. Истина, скорее всего, где-то посередине, и в словах Конашенкова есть на нее можно найти небольшой намек. Если Сафонов, Плютинский и Михаиле Нефедов были сотрудниками ССО, то законодательство РФ не обязывает Минобороны раскрывать потери в результате спецопераций. Аналогичная практика действует, кстати, в США и в ряде западных стран. Здесь поводов наброситься на Минобороны нет.

Российский контингент уже давно не состоит из летчиков и технического персонала на базе «Хмеймим». Численность сухопутных сил в САР, скорее всего, составляет несколько тысяч человек. Сотни военнослужащих охраняют «Хмеймим» и порт в Латакии, где строится база ВМФ и несет дежурство ЗРК С-300. Едва ли не в каждой сирийской военной части находится как минимум два-три военных советника из РФ. Также прибавим батальон военной полиции, десятки подразделений, которые сопровождают военные и гуманитарные грузы, и как минимум несколько отрядов Сил специальных операций.

«Русская Планета» — об особенностях освещения в СМИ потерь России в Сирии

Русская планета

Министерство обороны РФ сообщило, что в Сирии погиб российский военный советник майор Сергей Бордов. Место, дата и обстоятельства гибели не уточняются. Согласно официальной информации, офицер занимался обучением сирийских коллег в одном из гарнизонов и был убит боевиками в результате нападения.

Другое дело, если погибшие россияне являются членами ЧВК. Ранее оппозиционные СМИ писали про так называемую «группу Вагнера», наемников из отставных военных и офицеров силовых ведомств. Руководителем данной ЧВК является подполковник запаса Дмитрий Уткин, которого журналисты «опознали» на торжественном приеме в Кремле в декабре 2016 года.

Сирийская война необходима России, чтобы зарабатывать бесценный опыт руководства военными и гуманитарными операциями, и, в конце концов, учится избегать человеческих жертв. Наверное, сегодня получается далеко не все, допускаются ошибки при планировании, недостаточно четко работает разведка и потому велика вероятность потерь среди личного состава. Объяснить обществу все эти факторы просто невозможно. Как и с Чечней, мгновенно начнется вой: «Что мы забыли в этой Сирии?», «Сколько будет это продолжаться?».

«По частным договорам»

К тому же власти не хотят нагнетать истерику по поводу «второго Афганистана». Россия в Сирии выполняет не пресловутый интернациональный долг, а вполне конкретные задачи, отражающие наши экономические и геополитические интересы. К тому же российские войска получили прекрасную возможность проверять в бою новое оружие и оттачивать профессиональное мастерство в реальных условиях, а не на учениях.

«Прежде всего, никаких официальных данных о якобы «потерях в боях за Пальмиру» не было, никогда не публиковалось и не существует в природе. Таким образом, вся статья британского агентства Reuters о якобы «занижении» таких данных — набор букв для оправдания собственного заголовка», — сказал Конашенков.

Предыдущий раз о потерях в Сирии Минобороны сообщало 11 апреля. По версии РБК, Игоря Завидного и его сослуживца накрыло минометным огнем. 22 марта РБК сообщило о гибели девяти россиян, шесть из которых имеют отношение к «группе Вагнера». Сколько реально погибло в Сирии граждан РФ, наверное, наше общество никогда не узнает.

В виду хаотичной войны и разбросанности военных объектов сирийских войск потери россиян непредсказуемы. Конечно, Минобороны выгодно занижать число убитых, однако представлять военное ведомство сборищем циников, как это пытаются делать некоторые СМИ, тоже неправильно. Обществу необходимо понимать, что есть вещи, о которых просто нельзя говорить публично. Рассказ о каждой потере раскрывает истинное положение дел, которое мгновенно попадает в поле зрения потенциального противника.

Источник

Существуют противоречивые данные о потерях, которые понесла «группа Вагнера». В марте 2016 года, когда шли бои за освобождение Пальмиры, петербургское издание «Фонтанка» сообщало о десятках погибших наемников. «Сотрудники» ЧВК якобы составляют авангард наступления в Сирии. Именно они идут первыми в бой после артиллерийской и воздушной подготовки. Однако даже по столь щепетильной теме Минобороны имеет полное право не отчитываться, так как не несет ответственность за действия «добровольцев».

Reuters уверено в своей правоте: «Помимо регулярной армии Россия перебросила в Сирию бойцов, работающих по частным договорам. Официально они считаются гражданскими лицами, однако часто являются ветеранами последних войн с боевым опытом. Они участвуют в атаках на земле под военным командованием».

Федеральные СМИ еще в октябре 2015 года повесили на военную операцию в Сирии ярлык «успешной». Реальное положение дел, видимо, намного сложнее и результаты полуторалетнего пребывания в арабской республике не выглядят грандиозными. Россия набила немало шишек, но это было, пожалуй, неизбежно. За исключением Таджикистана, страна на протяжении 25 лет не воевала в сотнях километраж  от своих рубежей, никогда не использовала в боевых целях дальнюю авиацию и Средиземноморскую группировку ВМФ.

На текущий момент официальные потери российской армии составляют 31 человек. Много это или мало? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, стоит осознать размах военной деятельности в Сирии. Судя по сообщениям о потерях и открытым данным о действиях российских войск, в арабской республике находятся несколько тысяч россиян.

Зарубежное агентство подсчитало, что с конца января по конец марта 2017 года в боях в окрестностях Пальмиры погибли 21 гражданин РФ. Reuters учитывает официально подтвержденные потери и данные собственных источников. Минобороны признает гибель только пятерых военнослужащих и опровергает сообщение о потери Сафонова, Плютинского и Нефедова, равно как и других граждан.

18 апреля агентство Reuters сообщило о гибели трех российских военных специалистов в районе Пальмиры: Алексее Сафонове, Владимире Плютинском и Михаиле Нефедове. Россияне не были кадровыми военнослужащими и работали «по частным договорам». Речь идет, вероятно, идет о так называемых частных военных компаниях (ЧВК), деятельность которых противоречит законодательству РФ или (что менее вероятно) о бойцах Сил специальных операций (ССО).

«При нападении боевиков российский офицер организовал действия сирийских военнослужащих, не допустив прорыва террористов в жилой городок. В ходе боя офицер получил смертельные ранения», — рапортовало Минобороны. Майор представлен к государственной награде.

Невозможно объяснить

В таких условиях привлечение «группы Вагнера» и ССО выглядит вполне логичной мерой. Минобороны и Кремль не могут многого сообщить, но при этом государство не относятся наплевательски к потерям бойцов, которые, по сути, являются наемниками. «Сотрудников» ЧВК, о котором идет речь, включая самого Уткина, награждают, а за каждого убитого кадрового военнослужащего мстит спецназ или авиация. Война собирает свою кровавую жатву, война рождает новых героев.






КОММЕНТАРИИ ЗАКРЫТЫ